ISSN 1997-9657
       

Урсула Штенгер: «Мы должны уметь учиться у детей»

№01 2020 Урсула Штенгер: «Мы должны уметь учиться у детей»
Аннотация

В современном мире существует множество теорий правильного воспитания. Как оценить ценность и эффективность того или иного метода? Почему в разных уголках мира люди по-разному подходят к теме воспитания? Почему важен культурно-исторический опыт накопленных поколений. Л.С. Выготский считал, что «специфика развития ребенка не подчиняется действию биологических законов, а подчиняется действию законов общественно-исторических. Каждая форма культурного развития, культурного поведения, уже продукт исторического развития человечества».

Для Выготского личность есть понятие социальное, то, что в нее привнесено культурой. Личность «не врожденна, но возникает в результате культурного развития».

Культура и искусство формируются человеком и идут бок о бок в формировании личности человека. Это взаимный, плодотворный процесс.

В.А. Сухомлинский отмечал: «Благодаря восприятию прекрасного в природе
и искусстве человек открывает прекрасное в самом себе».

Основа получения полноценной интересной личности – это разностороннее эстетическое воспитание. Умение понимать и создавать, видеть и слышать прекрасное делает духовную жизнь человека богаче, интереснее, дает ему возможность испытывать самые высокие духовные переживания. От того, как человек переживает прекрасное и безобразное, возвышенное и низменное, комическое и трагическое, во многом зависит его поведение в социуме. Поэтому эстетическое воспитание так важно в дошкольном возрасте, когда закладывается «программа» поведения на всю последующую жизнь.

Эти проблемы мы обсудили с профессором Кёльнского университета (Гер­мания), методистом и разработчиком программ в области педагогики дошкольного образования Урсулой Штенгер, специалистом с большим опытом работы с детьми.

Полный текст

Урсула, расскажите, как складывалась ваша профессиональная карьера?

– Я занималась изучением философии, германской филологии и педагогики в университетах Мюнхена, Фрайбурга и Вюрцбурга, затем работала профессором на различных кафедрах в университетах Германии, во время сотрудничества с Педагогическим университетом в Людвигсбурге мной были разработаны программы для бакалавров и магистров по направлению «Дошкольная педагогика». Сейчас я живу и работаю в Кёльне. Мои исследования в сфере дошкольного образования начались около 25 лет назад, импульсом для них послужила неудачная попытка подыскать подходящий детский сад для своего ребенка. Совместными усилиями я и еще несколько родителей открыли свой детский сад. В это же время я начала заниматься и научной работой. Один день в неделю я работала в детском саду и, таким образом, у меня была возможность апробировать те научные идеи и теории, которые я разрабатывала.

Какая область в дошкольной педагогике вам наиболее интересна?

– Я бы не выделяла какое-то отдельное направление или область. В дошкольной педагогике я занимаюсь такого рода исследованиями, которые служат развитию педагогики в целом, при этом важно, что в контексте такой педагогики учитывается, какова перспектива восприятия мира у детей, и ценится тот опыт и переживания, которые получают дети. Например, объектами моих исследований являются игра, эстетический опыт детей, также я работаю над пониманием того, какое значение имеет культурное образование в дошкольный период.

Вы уделяете большое внимание образованию в сфере искусства, а особенно в изобразительном искусстве. Актуально ли это в век господства информационных технологий?

– На мой взгляд, получить реальный эстетический опыт можно только благодаря или, точнее, только через свое тело. Человек – это не прибор для регистрации фактов, такую функцию выполняет фотоаппарат. Коммуникация, поводом для которой служит искусство, конечно, играет важную роль, но более ценна коммуникация с искусством, тот опыт, который я получаю, когда стою перед картиной в музее. Именно это на меня произвело большое впечатление в музейной педагогике в России. Самое ценное – что происходит в тот момент, когда мы вступаем во взаимодействие с предметами нашей культуры, будь то музыка, театр или изобразительное искусство. Сначала они для нас непонятны и даже чужды. В них сконцентрировано столько информации, они рассказывают об истории, о взаимоотношениях людей, которые складывались на том или ином этапе жизни и т.д. И можно работать только с этой информацией, то есть упрощенно это сводится к тому, что мы говорим: «Это означает вот это. Этот предмет – вот для этого». С таким подходом мы получаем только информацию. Но я могу вступить с произведением в контакт, и именно это меня интересует, потому что означает – принять вызов. Возможно, что-то во мне воспротивится, возможно, что-то приведет в замешательство или мне будет совсем непонятно. Но так и должно быть, потому что если мне все сразу понятно, то это и не искусство, это просто знак, обозначение чего-либо. Настоящее искусство многослойно и многозначно, иначе предметом искусства может выступать даже дорожный указатель, который должен быть понятным и однозначным: могу я туда проехать или нет. Но искусство на этом не исчерпывается.

Я рассматриваю такой подход к многообразию как тему, с которой сложно, но крайне важно работать. Так дети изучают культуру, в которой они живут и которая, конечно, всегда многообразна. В современном мире это зачастую не одна культура одного народа, а культура, включающая в себя множество разных культур, что в определенных контекстах может иметь разные значения, это то, с чем мы сейчас сталкиваемся и работаем, и взаимодействуем, а иногда и решаем сложные задачи этого разнообразия.

Это все вопросы, над которыми можно работать через искусство. Я думаю, что как раз взаимодействие с чем-то окружающим нас, что непонятно, что имеет множество значений, а в определенной мере люди сами создают эти значения, наполняют их, когда с ними взаимодействуют, а также чувственный опыт очень важны для эстетического опыта. Другими словами, это дает возможность прочувствовать, что то или иное явление, событие значит. Недавно в Мадриде я смотрела картину Пабло Пикассо «Герника». Я видела эту картину сот­ни раз на ноутбуке или постерах, но в музее это полотно выглядело настолько колоссальным и ужасным, что я не смогла не расплакаться, хотя вокруг было много людей.

Полностью интервью с Урсулой Штенгер читайте в журнале «Современное дошкольное образование», №1/2020

 

Правила использования
Правообладателем настоящей статьи разрешается её использование только для личного некоммерческого использования в образовательных целях. Издатель не несёт ответственности за содержание материалов статьи.